И снова про «войну» (продолжение)

Вынужденное продолжение предыдущей статьи, которая находится здесь.

 

Итак, мой приятель прошёл «лагерь» и теперь на передовой, где-то возле Угледара, в самом что ни на есть «пекле страшной войны». Он так из «лагеря» мне и написал, мол, завтра едет на фронт.

 

Из «лагеря» он прислал мне подозрительную фотографию, где позирует в тонне камуфляжа и с каким-то явно пулемётом наперевес. При этом сам пояснил, что целыми днями только и делает, что стреляет. На мой простой вопрос, зачем человеку мирной профессии, фронтовому журналисту, бывшему десантнику, тренироваться стрелять, ответа не последовало. Надеюсь, мой приятель слегка задумался. Хотя, повторяю, вера во всё, что говорится сверху и из телевизора, у него полнейшая.

 

Вторую фотографию он прислал мне уже «с фронта», практически в день приезда. Ни первую, ни вторую я тут размещать не собираюсь, чтобы никого не компрометировать. Если вы думаете, что я вру, думайте.

 

Так вот, на второй фотографии он запечатлён в кругу однополчан. То есть, тех служивых солдат, того «пушечного мяса», которое вот уже два года как ездит в этот самый Угледар (площадью полтора километра) и куда-то там стреляет, то бишь успешно расходует амуницию. Мама дорогая! С фотографии на меня смотрели довольные жизнью, улыбающиеся, круглолицые и небритые финикийцы. Кроме двух: моего грузинского приятеля, который ещё не успел «ощетинится», и какого-то славянского вида паренька, о котором я почему-то подумал, что он больше смахивает на украинца. Всего же бойцов на фотографии было штук семь.

 

На мою естественную реакцию, мол, «батюшки, сплошные русские лица», приятель написал, да, есть такое, кавказский контингент.

 

И тогда я пришёл к единственному возможному выводу.

 

Поскольку мой не менее кавказский приятель попал в «кавказский контингент» исключительно заработать денег, и попал исключительно по блату, через местного начальника, такого же, видать, финикийца, очевидно (т.е. «очам видно»), что там по блату все. А иначе какой кавказец полезет на Украину изображать русского воина, если ему грозят пули, грязь, недосып и перебои с тушёнкой и сгущённым молоком? Никакой не полезет. А раз лезут в таких количествах, что затем, чтобы отъесться, отоспаться да деньгу заколотить. В советское время зашибали большие деньги в стройотрядах, околачивая сибирские шишки, а сегодня – «на фронт».

 

Кстати, забыл упомянуть, что моему приятелю-журналисту хорошо за 50, да и нынешние его однополчане выглядят едва ли младше. Интересно, пробовал ли кто-нибудь из вас, пятидесятников, официальным образом попроситься служить на фронт и что ему на это ответили? Мой полусумасшедший шестидесятилетний сосед-казак, бывший мент, вот ещё в начале «театра военных действий» пробовал, так ему с порога сказали, мол, староват отец, иди-ка ты лучше домой.

 

Такие вот ожидаемые наблюдения… Если будет что-то новенькое, поделюсь.

 

Здоровья и здравомыслия!